«Женская летопись»

Поделиться в facebook
Поделиться в vk
Поделиться в odnoklassniki
Поделиться в twitter
Поделиться в whatsapp
Поделиться в skype

В русской традиционной культуре прядение, ткачество, шитье и вышивка занимали в жизни женщины огромное место. Заботы эти были распределены по сельскохозяйственным сезонам, привязаны к церковному календарю и, что интересно, имели разделение по возрастам. 

Девушки пряли только растительное волокно, прядением шерсти прилично было заниматься женщинам почтенного возраста… Вышивка же традиционно была девичьим занятием. И не будет преувеличением сказать, что все труды девушки на этом поприще лет с семи до шестнадцати были связаны с приготовлением приданого.

В старину невеста заготавливала себе к свадьбе 30 – 50 рубах, не менее 40, а порой и до сотни полотенец, сарафаны, скатерти и простыни с узорными подзорами, так чтобы хватило потом на всю семейную жизнь. Полотенца были не те, что теперь. Нынешние в деревнях еще в 50-е годы прошлого века звали не иначе как рукотерами. Полотенца же имели сакральное значение, применялись в обрядах, дарились родне жениха да и самому жениху в знак согласия на брак. При этом вышивка играла ключевую роль. Вышитые предметы обихода, а особенно свадебный наряд, из века в век несли в себе особую ритуально-мифологическую и социально-бытовую информацию, представленную в виде символов и образов. Узор читался, по нему можно было сказать, откуда человек родом, девушка ли носит данную рубаху, молодушка ли, или баба. Потому этнограф Т.А. Бернштам назвала вышивку «женской летописью».

До нашего времени сохранились вышитые предметы преимущественно XVIII – XX вв. Хотя археологи говорят о наличии вышивки еще в X – XI вв., в музейных коллекциях наиболее ранней крестьянской вышивкой является фрагмент столешника XV – XVI вв. в экспозиции Русского музея в Петербурге. История его уникальна. В 1957 году в музей поступила икона из города Белозерска. Тогда и выяснилось, что в качестве паволоки на тыльную сторону иконы подклеен тонкий холст, на котором белыми нитями вышит орнамент с оленями.

Знаете, летописцы в древности многократно переписывали тексты своих предшественников, что-то меняя, а где-то следуя букве образца. Нечто подобное происходило с вышивкой: сохранился сундук с бабушкиной рубахой – спороли с нее вышивку, приладили к новой рубахе. Узор внучка повторила в своем рукоделии, соседка на супрядках увидела – взяла себе за образец.

Для обмена опытом и общения в старину девушки собирались на «беседы», где пряли (отсюда «супрядки») и вышивали под пение и сказки. Вышивание было «чистой» работой, т. е. делом, которым им позволительно было заниматься в праздник или воскресный день. Покровительницей прядения считалась святая Параскева Пятница, а вышивания – святая Варвара: на Украине перед началом работ девушки молились: «Свята Варвара золотыми нитками Исусови ризи шила и нас навчила».

В крестьянской вышивке, распространенной повсеместно и необычайно многообразной, использовалось преимущественно домотканое льняное полотно, льняные, шерстяные или хлопчатобумажные нитки. Цвета вышивки были различны: в большинстве районов России доминировал огненно-яркий красный цвет, с вкраплениями синего и черного – в смоленской вышивке, в сочетании с белым и синим – в тульской, с зеленым – в калужской… Каргопольская вышивка была многоцветна, а в воронежских и тамбовских узорах доминировал черный цвет.

Применяли крестьянки и золотную нить. В XIX веке она стала доступнее: производилась в России из бумажной нити и медной позолоченной проволочки. Золотные нити встречаются в тамбовской вышивке, широко применялись в северодвинском шитье. Ими вышивали головные уборы, праздничные рубахи, рукавички, наголовнички к детским пеленкам.

Вышивка отличалась не только цветом, но часто и техникой исполнения. Имена русских городов на века остались в наименованиях «вологодский шов по письму», «вологодское стекло», «владимирский верхошов», «нижегородский гипюр», «мстерская белая гладь».

В крестьянской вышивке особенно популярны были двусторонние швы, когда лицевая и изнаночная стороны получались одинаковыми: «роспись» (в основе его шов «вперед иголку»); счетная двусторонняя гладь; «набор», который выполнялся вперед иголкой и представлял собой плотно уложенные горизонтальные стежки, образующие на изнанке негативное изображение рисунка; тамбурный шов («цепочка», «шов в цепки»).

С XVIII века известны различные виды строчки – вышивки с предварительным выдергиванием нитей по утку и основе, различные мережки, белая и цветная перевить, гипюр. Для более детального ознакомления с вопросом можно рекомендовать книгу Н. Сотниковой «Русская вышивка».

Удивительно, но любимый нынешними рукодельницами шов «крестик» появился в русской деревне лишь в середине XIX века. Традиционно был распространен «двусторонний крест», представлявший собой два диагональных стежка как на лицевой, так и на изнаночной стороне. При этом каждый крестик вышивался отдельно. Узоры из «современных» крестиков появились позднее: для них лучше подходило не домотканое, а фабричное полотно (канва попала в деревню только в конце XIX века), нужны были печатные схемы. Под влиянием городской культуры крестиком стали вышивать узоры, изначально выполнявшиеся «набором» и «росписью».

О том, как велико было значение вышивального мастерства для девицы, говорит следующий обычай. «В Поморье, – пишет Т.А. Бернштам, – святочная вечеринка начиналась обрядом «смотр подольниц» или «подолы смотреть»: парни с зажженными лучинами в руках обходили сидящих девушек и заворачивали им сарафаны, разглядывая узоры на рубахах». Подобный обряд проводился в некоторых деревнях на Крещение, когда после освящения воды девушки выстраивались вдоль церковной ограды… По узорам и мастерству их исполнения парни примечали себе невесту!

Какие ж это были узоры? Безусловно, они различались по губерниям, а порой какой-то узор был характерен для группы сел. Но в целом в вышивке преобладали геометрические формы (ромб с продленными сторонами – «репей», ромб с крючьями на углах – «лягушечка», розетка, крест). Будучи архаичными, они уже в XIX веке были умолкнувшими символами, выполнявшими только декоративную функцию.

Кроме того, характерны были многофигурные композиции с барсами, оленями, всадниками, женскими фигурами, имевшие изначально мифологическое значение.

Течение времени вносило новые образы и смыслы: в вышивке распространился образ двуглавого орла, появилась птица сирин, взятая с лубочной картинки… «Всякая связь с древностью теряется, – пишет искусствовед И.Я. Богуславская, – (Образы) кажутся пришельцами прямо из народной жизни». Уже в XVIII веке вологодские мастерицы на подзорах изображают народные гуляния, свадебный поезд, сцены из «барской» жизни, скажем, выезд барыни в карете.

Называя крестьянскую вышивку «женской летописью», замечу, что иногда вышивались и настоящие тексты: пожелания, строчки из песен, имена мастериц, пояснительные надписи – «золотая пташечка села на ракитовъ кустъ», «ето птица Алконосъ, а ето индейский петухъ». «Ето гулянка въ Екатиговскомъ саду 15го маия», – гласит надпись на одном костромском полотенце.
Завершая рукоделие, мастерица порой выводила: «Кого люблю, того и дарю, люблю сердечно, а дарю навечно».